Здесь собираются алкоголики, которые не пьют
Get Adobe Flash player
Здесь можно скачать анкету для регистрации групп СКАЧАТЬ
Нажав на "Прошу помощи", Вы сможете написать алкоголику, который не пьёт>>>

Прошу помощи!

Психология

конференция «Формы и методы церковной работы с зависимыми людьми…»

По благословению Его Высокопреосвященства Высокопреосвященнейшего ВАРСОНОФИЯ, митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского управляющего делами Московской Патриархии 24 декабря 2015 года в Санкт-Петербурге пройдет конференция «Формы и методы церковной работы с зависимыми людьми. Межведомственное взаимодействие – сертификация, плюсы и минусы (дискуссионная площадка)».
К участию в мероприятии приглашаются представители профильных структур всех епархий на территории Санкт-Петербургской митрополии, представители ФСКН, Антинаркотической комиссии, Комитета по социальной политике Санкт-Петербурга, Пскова и Новгорода, социальные работники и добровольцы, представители Санкт-Петербургского государственного института психологии и социальной работы, а также иных государственных и общественных организаций Северо-Западного Федерального округа.
Место проведения конференции: Санкт-Петербург, наб. реки Монастырки, дом 1, Митрополичий корпус Свято-Троицкой Александро-Невской лавры, Синий зал.
Дата и время проведения конференции: 24 декабря 2015, с 10:00 до 17:00.

Я мог бы стать президентом

Я мог бы стать президентом, если бы не пил 30 с лишним лет / Интервью / Интервью / klops.ru
Автор: Анастасия Кондратьева

  • Фото из архива Клопс.Ru
Фото из архива Клопс.Ru
В сообществе АА его зовут Жекой и считают неформальным лидером, хотя никаких руководителей у Анонимных Алкоголиков нет. Жека  рассказал о том, как становятся алкоголиками и что может помочь человеку выбраться из жизненной ямы.   

От вермута до самогона

— В какой же момент человек может признаться: «Да, я алкоголик»?  
— Когда он твердо и окончательно решил попрощаться с алкоголем. До этого момента, и это одна из особенностей заболевания, никто не хочет признаваться себе в том, что он алкоголик. Может быть, для бравады кто-то и говорит: я алкаш, я конченый, но делать с этим ничего не собирается.
— А может, ему хорошо в таком состоянии? До известных пределов.
— Сообщество АА хорошо тем, что оно не ставит диагнозов. Это делают врачи, которые идут на всякие уловки: «алкоголизм первой степени, второй, полуалкоголик, вот вы бухаете, но не каждый день…» В сообществе АА человек ставит себе диагноз сам, и все зависит от того, приносит ли ему алкоголь вред или нет.
— Можешь поделиться своей историей?
— С 14 лет я уже начал покупать портвейн. Мы стояли у магазина и просили купить «поллитра для дедушки».
— Но мне кажется, половина страны этим тогда занималось.
— Естественно. Это был «Вермут крепкий розовый», он еще вишенками пах в те годы. После этого я пил, пил, пил, 35, наверно, лет. Наверно, алкоголиком я стал сразу.
— С рождения?
— Наверно, с рождения, но когда попробовал впервые, это стало явным.
— А почему? Какой-то ген завелся нехороший?
— Никто не знает. Я общаюсь со светилами отечественной наркологии, с теми, кто двигает науку. И коварно задаю им вопрос: «Почему?» Они закатывают глаза к небу: ну, возможно, это предрасположенность генетическая, неумеренное употребление, слияние факторов… Что, говорю, не знаете? Да, признаются, науке это неизвестно. Это как рак. Кто-то курит до 90 лет, а кто-то умирает в младенчестве с девственно чистыми легкими. Кто-то пьет до самой старости и не имеет зависимости, а кто-то получает ее с первой рюмки.
Это болезнь не злоупотребления алкоголем, это болезнь зависимости. То есть когда не употреблять алкоголь человек не может.
— За эти тридцать лет пьянства что ты потерял безвозвратно?
— Безвозвратные потери — они на кладбище только, наверное. Я все пытаюсь вернуть, и все возвращается. Единственное, что я потерял – не стал президентом, хотя, наверное, мог бы с моими амбициями, работоспособностью. За последние девять лет, как я не пью, я сделал карьеру, бизнес, все хорошо в семье. А к тому моменту я потерял все. Красиво выражаясь, я опустился на самый низ социальной лестницы. Бомжевал по Зеленоградскому району и пил самогон с димедролом, который выменивал на то, что украду на соседних участках.

Закодировали на семь лет. Не пил две недели

—   А как в твоей жизни появились Анонимные Алкоголики? Я не представлю, как человек в таком состоянии может куда-то пойти, кого-то слушать.
 — Те, кто приходит сам, я их очень уважаю. Это прекрасно, если у человека осталась искра сознания, не подавленная заболеванием. А вообще, много ли вы знаете психиатрических больных, которые пришли сами в «дурку» и сказали: вы знаете, я тут сошел с ума, не могли бы вы меня полечить?
Я был тогда похож на животное. Папа вытащил меня в очередной раз не то из ментовки, не то из какого-то бомжатника, повез сдавать в дурдом. Потому что я действительно неадекватен был в тот момент. И врач ему сказал: «Это не наш клиент, сводите-ка его на сообщество АА». И он отвел меня на это собрание.
Я ни в коем случае не собирался бросать пить, потому что понимал, что это невозможно, что на мне лежит печать проклятья. На тот момент я перепробовал кодировки всевозможные, и бабок-знахарок, и профессоров знатных, и китаевед какой-то меня иголками исколол всего за адские деньги. Он меня закодировал на семь лет, я из уважения к деньгам, видимо, не пил недели две. Папа у меня – золотой человек. Он  единственный сражался до последнего, вкладывал   деньги, я ему очень благодарен.
А на собрании АА я увидел людей, которые реально не пьют и при этом не мучаются и не страдают, они не злобные и не ужасные. Они просто не пьют и получают от этого удовольствие.
Когда я кодировался или ходил по врачам, всегда в предбаннике попадал в тусовку тех, кого мамы-жены привели кодироваться. И они, посасывая папироски, говорили: «Надо два лимона съесть – и опять  можешь бухать. А «торпеду» из лопатки ножницами можно выковырять».
— То есть все шли на уступки своим родным, но уже имели план, как жить после кодирования?
— Совершенно верно. Лишь бы не приставали, пить не мешали. Потому что навязчивое состояние в голове не проходит, оно живет с тобой круглые сутки. В последние годы я не получал от алкоголя ни удовольствия, ни облегчения. Я не мог пить и не мог не пить. И это состояние вымораживало у меня все мысли.
— А первый раз ты пришел к АА в какую-то минуту просветления?
— А ты думаешь что если человек бухает 10 лет и день не пил, у него наступила минут просветления?
— Да, я так предполагаю. Еще песня есть у Митяева: «Когда проходят дни запоя…»     
— Если вы пропьянствуете так, что это оставило неизгладимый отпечаток, то тогда для просветления понадобится гораздо большее время.
Первый раз я пришел – сидят дебилы какие-то: «Вот, мы алкоголики,  бу-бу-бу…» Я на них посмотрел: какие же они алкоголики? Ничем не воняют, в золотых очках, культурно одеты. Сейчас меня тоже трудно идентифицировать с алкоголиком, когда я приезжаю на большой машине, хорошо одетый и вкусно пахнущий.
А тогда я им начал задавать каверзные, «профессиональные», вопросы: сколько пшиков дихлофоса нужно на пивную кружку?
— Помнится, ты рассказывал, что на первых встречах даже успевал в перерыве сбегать в киоск и что-нибудь выпить.
— Да, вот эта тяга внутренняя сидит в голове Врачи придумали красивое название: «синдром патологического влечения».
— Прямо как любовь!
— Ну, в принципе, любовь – та же фигня. Кстати, программой «12 шагов», по которой работают АА, пользуются около 300 сообществ для излечения всевозможных зависимостей. Есть и общество тех, кто страдает от несчастной любви – «Анонимные сексоголики». У них есть основополагающая книга – «Белая книга». У нее белая обложка без надписей, чтобы никто не мог увидеть, что ты читаешь.
— Мне кажется, быть сексоголиком не так уж и плохо.
— Прекрасно быть кем угодно до тех пор, пока это не приносит тебе вред. Тогда люди объединяются в сообщества, чтобы помочь друг другу облегчить страдания. Есть сообщество анонимных обжор, наркоманов.
У меня скепсис по отношению к АА сохранялся около месяца. Когда пришло понимание, что люди, которые сидят рядом со мной, вылезли из такого же дерьма, как и я, тогда стало понятно: да, действительно, это возможно.
Наше гнусное общество считает алкоголизм постыдной, смешной болезнью и не принимает всерьез эти страдания. Всемирная организация здравоохранения много лет считает алкоголизм заболеванием, но, тем не менее, когда человек заболевает раком, к нему приходят родные, начинают помогать деньгам и всячески ублажать, а алкоголика начинают гнобить.
— Потому что больной раком человек не может, находясь в невменяемом состоянии, перерезать всю семью.  
—  Человек, больной шизофренией, тоже может перерезать горло себе и семье. Его же не стыдят, что он шизофреник.
— Но стараются изолировать, обезопасить себя.   
— Ну вот я как раз занимаюсь тем, что пытаюсь сделать опасных людей безопасными, прекрасными, цветущими, полезными для общества. Вместо того, чтобы больных людей сажать в тюрьма, надо их лечить, чтобы они приносили обществу счастье и радость. Потому рядом с алкоголиком страдают как минимум 10-15 человек, самых близких, самых родных.
Конечно, сообщество — это не кружок хорового пения. Приходит вонючий, в щетине человек, и он не готов дальше развиваться. Поэтому для начала  ему нужно оставаться трезвым. Хотя бы один день,  хотя бы сегодня. Никто из нас не зарекается, что не будет пить.
— Ну вот у меня сейчас приятель в запое. Если я приду к нему и скажу: знаешь, есть такая классная бесплатная штука, она помогает. Но для этого ты должен прийти туда-то в определенное время, желательно трезвым, и быть готовым к том у, что ты будешь рассказывать незнакомым дядькам и теткам, что с тобой было вчера. Думаю, он мне скажет: а сбегай лучше за бутылкой.
— Конечно, не стоит рассчитывать на то, что он погладит брюки и к нам придет. Конечно, только я смогу поговорить с ним так, как надо. Только я знаю, что происходит в душе у алкоголика. И только я знаю, что значит проснуться в четыре утра с трясущимися руками и сползать из-под одеяла, чтобы не разбудить жену, ползти до прихожей с одеждой под мышкой, поворачивать ключ в замке, медленно-медленно, а потом он – дзинь! — как будто на весь подъезд… А потом прибегаешь в круглосуточный ларек и там продавщице рассказываешь, что тебе срочно для дедушки понадобилась чекушка. И легкой походкой выходишь из магазина и тут же, за углом, выпиваешь эту чекушку, потому сил нет назад…
Папа принес меня к АА, как кулек, а слова нашли те, кто там сидел. Истории у всех разные, но по сути они одинаковы. Потому что алкоголизм – это такая подлая вещь. Если он есть, он сам не пройдет. И основной принцип программы: помогая другому человеку оставаться трезвым, ты сам остаешься трезвым. При этом программа очень духовная, но абсолютно не религиозная. Нам по барабану – ты иудей, кришнаит или член КПСС. Каждый во что-то верит, только немногие об этом задумываются.

250 стран, 4,5 миллиона человек

— А кстати, вас за эту «духовность» критиковали и называли чуть ли не деструктивной сектой, поскольку люди привязаны к терапевтическим группам.
— Вместо с того, чтобы в свободное время бегать с топором в белой горячке и крушить бошки тем, кто критикует. Да, это конструктивная критика! В основном критикуют не особо далекие люди, которые не вникают и которым все рано что критиковать – партию зеленых или АА.
Программа существует в мире уже 80 лет, и в сообществе состоят очень известные люди — первые лица государств, члены королевских семей, люди из нашего правительства, артистов, журналисты… У нас очень много рекомендательных писем от президентов, патриархов. Это люди, которые пожелали разобраться в сути программы. Для государства мы вообще адски удобная вещь: мы не просим денег, мы ничего не пилим не вмешиваемся в споры, не поддерживаем никакие партии и движения.
Сейчас сообщество объединяет около 250 стран и где-то 4,5 млн человек. АА есть в Индии, Вьетнаме, Германии, Норвегии, Украине. Вот сейчас поедем на 25-летие сообщества Белоруссии, будет большой праздник в Минске. Не так давно мы ездили к польским алкоголикам. В Варшаве собралось 9,5 тысячи человек, и первым выступал  представитель президента с приветствием от главы государства.
Основной наш принцип – сотрудничество, но не присоединение. Мы дружим с нашим Минздравом, наконец-то там поняли, как мы полезны. Если наркологическая больница дает 3% излечения, то наше сообщество — 40-60%.
— А что является критерием выздоровления?
— Карл Юнг (он, кстати, в свое время «шабашил» лечением алкоголиков) пришел к выводу, что основным критерием является полное духовное перерождение, смена жизненных ценностей. Это может излечить от любой зависимости.
12-шаговая программа – это первая ступень, это такой волшебный пендель для тех, кто сидит и ноет: «Я не знаю, как мне изменить жизнь». Иди и измени. Встань. Сделай хотя бы шаг. Но практика показывает, что для того, чтобы сделать шаг, надо опуститься на самое дно.
Мы даем понимание, что алкоголизм — это не стыдно и это надо лечить. Это не распущенность и не слабоволие. Вспомнить Высоцкого, он что, был слабовольным? Недавно целая плеяда артистов умерла замечательных – молодой Галкин, Краско, старший Панин умер от дозы алкоголя, не совместимой с жизнью. Это все слабовольные люди? Дело не в том, чтобы в руки себя взять. Ты приди к больному бронхитом и скажи: возьми себя в руки. А он тебе ответит: да, что это я, с понедельника перестану кашлять!
— Помню историю одной из ваших девушек, которая  рассказала, как в состоянии белой горячки чуть не выбросила своих детей с балкона. Как у нее дела?
— За эти три года она стала лучшим работником в своей большой компании, ей серьезно повысили зарплату, она выплатила большие долги. И теперь подумывает о том, что надо купить жилье. С детьми она общается,  хотя они живут  пока с бывшим мужем. Все идет хорошо, а будет еще лучше.
Кто-то приходит к нам с адскими долгами. Кто-то — с потерянным здоровьем или семьей. Один из наших ребят, крупный бизнесмен, пришел и сказал: «У меня большие долги». Мы посмеялись – у всех долги. «Два миллиона евро», — говорит. Прошло четыре года. Он давно все вернул, купил себе дорогой красивый автомобиль.

За что боролись

— Как ты думаешь, нужно ли вести борьбу «с пьянством и алкоголизмом», как  мы делали много лет?
— А ты считаешь, что это эффективная борьба?
— Нет, не считаю.
— Так, может, хватит делать то, что неэффективно? Есть такой термин — компульсивность. Это когда человек производит одни те же действия в надежде на разный результат. Как алкоголик, который говорит: вчера я бухнул и в вытрезвитель попал, а сегодня бухну и не попаду. У нас государство напоминает больного алкоголизмом. Как только сухой  закон ввели, сразу же миллионы отравились суррогатами.
— А вытрезвители нужны, как ты думаешь?
— Еще при Петре Первом начали собирать валяющихся по обочинам, чтобы они там не померли. Вытрезвители и направлены на то, чтобы сохранить жизнь людей. Но, конечно, они не должны быть такими, как сейчас  – бомжовской палатой, куда сваливают алкашей, и они там умирают.
У нас нет отделения пьяной травмы. И если ты сломаешь, будучи пьяным, руку, тебя отправят  в наркодиспансер, а в наркодиспансере это не лечат. В прошлом году у нас девушка умерла от заражения крови, находясь именно в таком состоянии. Она сломала руку и умерла. Потому что ни одна больница ее не взяла. А 70%  травм совершаются именно в пьяном виде.
А в Москве и Питере есть такие отделения. Земной поклон нашему главному наркологу, Юрию Евгеньевичу Скалину, который искренне переживает, чтобы его дело приносило плоды. И мы с ним разговаривали по поводу этого отделения, возможно, оно появится.
— Что же нужно делать, чтобы люди меньше пили?
— Поможет только профилактика, просвещение. У нас лучшей профилактической эпопеи, чем борьба со СПИДом, я не припомню. Тогда всей стране объяснили, почему это опасно. Надо объяснять, что алкоголь не полезен, что не является продуктом первой необходимости. Посмотри на деток, они бегают, веселятся, и при этом у них нет бутылки портвейна в заднем кармане.
Пока полумеры, которые в корне пресекаются алкогольными  корпорациями, не приносят никаких результатов. Топорна, но все же достаточно эффективна борьба с курением. Вот недавно мне подарили пачку сигарет с картинкой про импотенцию. Так я почти уже бросил курить.
У нас выпивают, когда встречаются, прощаются, когда давно не виделись, на свадьбе, похоронах, выборах президента. Традиция! А можно встретиться и попить чаю, а не водки. И я не чувствую себя ущербным от того, что не попил «Вдовы Клико» за бешеные деньги, а попил вкусного чаю.
Ты не думала, что вся наша алкогольная промышленность работает над тем, как отбить запах сивухи? Даже самый лучший коньяк омерзителен. И пиво, которое я пил литрами,  — оно же горькое, от него тошнило, а потом я привык так, что хрен отучишься.
И вот эти песни врачей – мол, 50 граммов красного вина полезны… Задницу мазать горчицей, может, тоже полезно. Но зачем?
Вот чтобы объяснить все это, нужно антиалкогольное просвещение.
— Расскажи, где вы собираетесь. 
— В актовом зале на Барнаульской, 6, в наркодиспансере.  Пьем чай, делимся опытом, помогаем людям. Понедельник, вторник, четверг, в 18.30. У нас  работает интернет радио АА.Ru Слушайте трезвых алкоголиков.
Родственники алкоголиков, сообщество «Аланон», собираются на третьем этаже областной библиотеки каждый вторник в 18.30.
— И последний вопрос. Ты с товарищами ездишь по ночлежкам, вы помогаете даже тем, кто уже безнадежен, кто пропил остатки сознании. Почему?
— Нет людей безнадежных. И нет страданий, которые нельзя было бы уменьшить.
АНОНИМНЫЕ АЛКОГОЛИКИ® — это содружество, объединяющее мужчин и женщин, которые делятся друг с другом своим опытом, силами и надеждами с целью помочь себе и другим избавиться от алкоголизма. Единственное условие для членства в АА — это желание бросить пить. Члены АА не платят ни вступительных, ни членских взносов. Мы сами себя содержим благодаря нашим добровольным пожертвованиям. АА не связано ни с какой сектой, вероисповеданием, политическим направлением, организацией или учреждением; стремится не вступать в полемику по каким бы то ни было вопросам, не поддерживает и не выступает против чьих бы то ни было интересов. Наша главная цель — оставаться трезвыми и помочь другим алкоголикам обрести трезвость.

 

 

 

 

нАрочно не придумАешь

— Тверской бульвар. Холодная осень. На лавочке сидит компания, предлагает мне выпить. У меня это уже «не выпить», а «продолжить», и я не отказываюсь. После водки с клофелином просыпаюсь без сапог, иду в носках на Тверскую ловить такси, люди и машины от меня шарахаются. Один таксист всё же отвёз меня домой. Человек он был настолько добрый, что согласился даже подождать пару дней денег за проезд, взяв мою визитную карточку. На следующий вечер я попадаю очередной раз в вытрезвитель где-то на северо-востоке Москвы. Там собаки позорные, как и во всех других. Продержали меня, пока закрылось метро, и отпустили на ночь глядя, не дав переночевать. Иду я ветром гонимый, жаждой и тоской раздираемый. Непонятные улицы и длинные заборы, где-то далеко, за несколько километров от моего дома. Мимо проезжают редкие машины, на которые я не реагирую – а какой смысл? Денег то нет. Вдруг одна машина остановилась, из неё слышу: «Виктор Иванович!» Мне жена говорила, что у меня слуховые галлюцинации уже были, скоро и зрительные наступят, белочки придут. Это когда я приходил к ней на кухню и спрашивал, зачем она меня звала. Ну вот точно её голос был! Я подхожу к машине и вижу моего доброго таксиста, у которого была моя визитка. Он снова отвёз меня домой. Я не помню точно, когда я с ним рассчитался, но это произошло быстро. Либо потрясённый я назавтра же нашёл деньги и позвонил этому доброму человеку, либо жена одолжила мне их сразу, узнав все подробности такого счастливого совпадения в мегаполисе и проникнув глубиной человеческой доброты вообще и моего трагизма в частности.

— Встречаю в городе нашу сестру. Она недавно вернулась из больнички после срыва и капельницы, но как всегда, при дежурном макияже и с причесоном. Предлагаю ей вместе вечером сходить нА собрАние. «Давай» — отвечает она, скривив губки – «Только на какую-нибудь ПРИЛИЧНУЮ группу (!???!!!)»…

— Еду в такси из пригорода в Смоленск. Звоню нААшим, представился: «Я Виктор, группа «Черёмушки», Москва». Спрашиваю, будет ли сегодня собрание, где и во сколько. Таксист поворачивается ко мне: «Группа «Черёмушки»? Слышал!!! Солист???»…

Виктор М.

Наши девизы

Размышления по поводу Питерского юрлица.

Сергей С.
Содружество АА состоит из групп, которые не являются какой бы то ни было организацией. Но для обеспечения их работы часто необходимо кому-то заключать договоры, содержать помещения, клубы и т.д. 
У нас в Иркутске создано АНО «Байкальский центр поддержки трезвости». Вот он этим и занимается. Не втягивая слишком подробно группы АА в данный процесс. Просто есть ряд анонимных, которые понимают как функционирует АНО и может участвовать в управлении снимаемого им офиса. 
В случае, если данное АНО будет делать что-то не то, то оно не бросит тень на АА, так как ни в Уставе, ни в названии упоминания об АА нет.
Вначале мы регистрировали аренду на ФО АА, потом на ФПД «Единство», а сейчас переоформляем на АНО «БЦПТ». Упоминание об АА нам только мешало и сковывало. Группы на 7 традицию содержать такой офис как у нас не могли, а привлекать другие источники нельзя для АА. А АНО «БЦПТ» может принимать и от АН, и анонимных обжор и игроков и ВДА. Вот так совместно с личными пожертвованиями (в виде клубных взносов) и сводим концы с концами. 
И в Америке и в Польше клубы АА содержатся некоммерческими организациями. В Варшаве клуб даже называется по адресу «Познянская, 38», то есть без упоминания АА.
У нас в офисе собираются 3 группы АА, 2 группы АН, Ал-Анон, ВДА, Анонимные обжоры и еще 3 каких-то групп по разным проблемам. Там мы проводим заседания окружного комитета АА, ассамблеи, праздники, Новый год. 
Планируем организовать продаже литературы, встречи с новичками и родственниками. Также организовать клуб АА с кофе, чаем. Вай-фай у нас там уже есть.
Во всем мире есть клубы, которые создают условия для встреч новичков с наставниками, с другими новичками между собраниями. Я был в таких в Австралии и Польше. 
Это началось в Америке и такие клубы там существуют с 1937 года. Они вначале были как часть АА, но затем вышли из собственно АА во вспомогательные структуры, которыми управляли частные лица, как из числа членов АА, так и просто сочувствующие. Все это описано в литературе АА (АА взрослеет, Доктор Боб и славные ветераны и др.). Билл с Лоис жили в таком клубе года 3, когда банки отобрали их дом за долги. 
У нас учредителями АНО являются 4 члена АА. Но в Уставе это не афишируется, чтобы можно было в случае чего спрятаться за анонимность. По закону учредителем может быть любое частное лицо. Мы выбрали директора, организовали Совет по деятельности АНО (либо должен быть директор на зарплате и бегать, либо нужно человек 5-6, чтобы разделить его функции). Ну и все. Ни учредители, ни директор, ни Правление, выбранное учредителями не вмешиваются в дела групп АА или каких-то других. Они только собирают арендную плату и ведут хозяйственные дела (ремонт и т.д.).
Евгений Г.
Д-р Боб писал, что если спрятаться от общества и нигде не упоминать об АА, то не будет возможности делать 12-й шаг.
У нас это просто: Есть договор учредителей, АНО «Байкальский центр поддержки трезвости». Там 4 человека. Нигде не написано что они — члены АА. Просто люди. Причем люди известные в городе, предприниматели, члены Общественной палаты и пр. Поэтому никакого нарушения анонимности тут нет. Нет связи между этими людьми, самим АНО и АА.
Но если я хочу принести пользу АА в открытом обществе, то я не ухожу в подполье, а говорю о своих взглядах не проводя прямую связь между АА и собой.Если клубом займется группа АА — так и будет. Много хозяек испортят похлебку. Но если возьмется группа учредителей, которые имеют свои фирмы и заводы, то для них — это раз плюнуть. Поэтому они и должны быть вне АА.Мы за наш клуб площадью 250 кв.м. платим 18000 рублей, но при должной организации, когда помещение не простаивает, это допустимо. Но для групп АА — было бы не подъемно.Это — арендованный в КУМИ подвал с отдельным входом. 

Платят группы АА, ВДА, Ал-Анон, На и др. по 500-100 рублей в месяц, окружной комитет — 500 и дополнительные деньги от добровольцев — членов АА от 500 до 1000 р в месяц. 
Чем больше собраний, тем больше доход от аренды. Ремонт проводился только за счет добровольных пожертвований.

Яндекс.Метрика Индекс цитирования Каталог@Mail.ru - каталог ресурсов интернет